Последнее обновление: 23:58 понедельник, 6 декабря
Загрузка...
Найкращі тести
конкурс и голосование
Вы находитесь: Політика / Регіон / Конкурс «МедиаЧЕ»: Роман Пунтус, киборг из 95-й бригады: Киборгами следовало бы называть и бойцов...
Конкурс «МедиаЧЕ»: Роман Пунтус, киборг из 95-й бригады: Киборгами следовало бы называть и бойцов...

Конкурс «МедиаЧЕ»: Роман Пунтус, киборг из 95-й бригады: Киборгами следовало бы называть и бойцов...

в Луганском аэропорту, Дебальцевом, Иловайске...

С 17 мая продолжается второй, решающий этап конкурса журналистских работ «МедиаЧЕ». Лауреатов конкурса в каждой из номинаций среди победителей первого этапа изберет сама читательская, зрительская и слушательская аудитория во время голосования на странице в Фейсбуке.

Теперь оргкомитет конкурса обнародовал материалы-финалисты для открытого оценивания.

Один из победителей в номинации «Черниговщина патриотическая» — Наталия Потапчук, собственный корреспондент Украинского национального информационного агентства «Укринформ» по Черниговской области со статьей «Роман Пунтус, киборг из 95-й бригады: Киборгами следовало бы называть и бойцов в Луганском аэропорту, Дебальцевом, Иловайске...».  Проголосовать за ее материал можно по ссылке.

     Эти ребята не бьют себя в грудь и не восхваляются своим мужеством и подвигами. Отчасти и не считают себя героями. Так как если бы была победа - тогда был бы и повод гордиться, а так... Они говорят, что на войне просто выполняли свой гражданский долг и порученную работу.

     Демобилизовавшись, каждый вернулся к своим делам. Однако, государство и народ должны знать своих защитников в лицо. А еще - их мысли об увиденном и пережитом на востоке нашей страны.

Итак, знакомимся с 31-летним жителем города Чернигова Романом Пунтусом - демобилизованным бойцом знаменитой Житомирской  95-й отдельной аэромобильной бригады, участником самого длинного в мировой военной истории рейда, в тылу врага, защитником Донецкого аэропорта, в мирной жизни - менеджером, боксером, отцом, серьезным, вдумчивым мужчиной.

     О ЛЮДЯХ С БОЛЬШОЙ БУКВЫ

     - Сначал, Роман,  короткое досье: какая у вас семья, образование, работа? Когда получили повестку, сколько служили?

    - Я женат, имею двух синовей 10 и 7 лет. В 2008-ом закончил Киевский университет бизнеса и предпринимательства, работал по специальности в торговле, был руководителем филиала крупной черниговской компании по продаже стройматериалов. В настоящий момент занимаюсь утеплением домов.

      Повестку получил в день рождения сына, служил ровно год - с июня 2014 года по июнь 2015-го. Срочную службу в свое время проходил в Житомирской 95-й бригаде. Поэтому, когда мобилизировали на участие в АТО, опять попросился туда.  

     - Не возникало ли желание "откосить" от службы в войске, тем более от участия в войне?

     - "Откосить" желания не было, потому что, как мне кажется, это не по-мужски. Ведь когда пройдет время и мои дети спросят, где я был, когда в стране происходили такие изменения, отвечать, что я "косил", "болел", "за юбкой прятался" будет стыдно.

     - Как вы считаете, достаточным ли был уровень вашей подготовки перед отправлением в зону АТО?

     - Учебу мы, десантники, проходили на Львовщине, на Яворивском полигоне. Офицеры, которые с нами занимались, были специалистами наивысшего класса (спецподразделение "Альфа", например). Были и офицеры-преподаватели Львовской академии Сухопутных войск. Они читали теорию. А ребята-инструкторы, которые уже побывали в боях, давали только нужную информацию, лишнему не учили и потому с ними было намного интереснее.

В конечном итоге, преподаватели тоже читали нужное. Никто не загружал какой-то непутевой тактикой, все было по сути. Занятия проходили ежедневно, кроме воскресенья, с утра до вечера. И хотя нам преподавали "азы", они все равно пошли нам на пользу. Основная же учеба происходила уже на месте.    

     - Насколько профессионально, по вашему мнению, действовали боевые командиры - те, что в зоне АТО?

     - Люди, с которыми мне пришлось воевать, были офицерами высокого уровня, которые на войне через много что прошли, много чего увидели. С ними можно было не переживать. Я знал, что в случае возникновения какой-то нестандартной ситуации, они никого не бросят и смогут собой прикрыть. В тех офицерах, с которыми воевал, я был уверен.

     Моему командиру роты, например, было 23 года. По возрасту это был молодой парень, но с виду - намного старше. Военную профессию он избрал потому, что в душе является военным. Он - Человек с большой буквы и Офицер с большой буквы, очень грамотный. Невзирая на возрастную разницу, между нами никогда не было никаких споров. И указания наш командир давал только толковые и нужные.

     - Куда вы попали сразу после переподготовки?

     - На Яворивском полигоне я был три недели. После того нас на сутки забросили в Житомир и уже оттуда отправили в уже занятый украинскими войсками Славянск. Приблизительно через две недели наша 95 бригада отправилась в рейд, который позже был занесен в военную историю как самый длинный рейд в тылу врага (об этом можно почитать в Интернете). Американцы за это присвоили подразделу звание "Лучшая бригада такого рода в мире". Лично я в этом рейде пробыл три недели.

     - Насколько он был опасным для жизни?

     - Мы ездили вдоль русской границы и полностью находились в тылу врага. Мы постоянно были под обстрелами и ежедневно - в засадах. Под горой Саур-Могила пробивали ход для выведения наших ребят. В это время нас обстреливали из "Градов" как с русской стороны, так и из Донецкой области. Больше одной ночи мы нигде не ночевали. Спали в полях, лесопосадках. Выезжали в 5 утра, а через полчаса или час то место полностью накрывалось огнем. Поэтому мы были в постоянном движении.

    - Значит, вы не зарывались в землю?

     - Наша бригада вообще нигде не сидела. Мы не дежурили на блокпостах, не сидели в окопах, мы выполняли штурмовые функции. И так целый год.

    Местом базирования бригады был Славянск. Оттуда мы отправлялись на выезд, возвращались через месяц-полтора, потом с неделю отдыхали, получали новое задание и опять ехали.     

     - Кочевая жизнь вашей бригады приводила, по-видимому, к большим потерям.

     - Да, потери у нас были большими. Наибольшие - в феврале 2015 года, когда мы штурмовали шахту "Бутовка". Там за три недели погибло с полсотни человек, а раненых было около 200 (точно не помню, в цифрах могу и ошибаться).

    - А лично вы были ранены?

     - Нет, не был.

     - Как думаете, что защитило? Может, имели какой-то оберег, талисман, особенную молитву?

     - Моим оберегом было то, что здесь меня ждали очень много людей, - моя семья, дети, друзья. Много людей за меня молились. А лучшей молитвой, я считаю, есть та, которая идет от чистого сердца. Если человек обращается к Богу со всей душой, то какая разница, какими словами. Когда хочется жить - слов всегда хватает.

    А что помогло выжить? По-видимому, так было предусмотрено судьбой, значит, я еще не все сделал на земле. Потому что столько опасных ситуаций было. Форму просто секло осколками. Был случай (мы тогда шахту штурмовали), когда пуля насквозь пробила капюшон моего маскхалата. Шею при этом не зацепила. В винтовку, которая рядом со мной лежала, три пули попали, меня же они обошли. Одежду посекло, а меня не зацепило. Значит, так нужно было. Я вырос без отца, потому было бы ужасно, если бы и моим детям выпала такая судьба.

     ГОРЕВАТЬ НА ВОЙНЕ НЕЛЬЗЯ

     - К чему вы быстро привыкли на войне, а к чему привыкали долго?

     - К коллективу быстро привык. Сначала все были разношерстными, с разными жизненными статусами - кто-то более успешен, кто-то менее. Там же такие вещи не имеют значения и все становятся одинаковыми. Когда с человеком питаешься из одного казана, пьешь воду или голодаешь, когда нечего есть, одну папиросу курит 10 человек - это очень сближает.

     - А к чему невозможно привыкнуть на войне?

     - К потерям, по-видимому. Очень страшно своих ребят (друзей, напарников) грузить. А у нас такое случалось достаточно часто. И смотреть на это очень трудно - появляются плохие мысли. К этому нельзя привыкнуть. Да ко всему на войне нельзя привыкнуть. Похожих ситуаций там нет, все разные. И даже когда бомбят, стреляют, каждый раз это по-разному и привыкнуть к этому невозможно.

     - А как относительно страха? Был ли он у вас, трансформировался ли как-то за время пребывания в зоне АТО?

    - На своем веку было страшно всегда. Но панического страха у меня не возникало. Тем более, когда впервые выехали и еще не очень осознавали, куда и зачем едем. Пока война тебя еще не коснется, пока не повоюешь, осознания опасности нет. А когда она рядом, то там уже нет времени бояться.

Все происходит настолько быстро, что действуешь на автомате и на одном дыхании. По-настоящему страшно становилось, когда приезжал домой в отпуск. Когда узнавал об обстреле населенного пункта, в котором находились мои побратимы. Когда сам там находился, так не боялся.

     - Вы, очевидно, сильный духом мужчина. А как чувствовали себя в экстремальных условиях другие бойцы - психика же у всех разная?

     - В моем подразделе случались ситуации, когда ребятам приходилось ложиться в психиатрическую больницу. В одном случае туда попал чрезвычайно спокойный мужчина, раньше я таких даже не видел. Но когда мы приехали из аэропорта, он стал бросаться на людей.

     Был случай, когда 45-летний мужчина из нашей бригады, вернувшись из выезда, начал плакать и не мог успокоиться. Плакал постоянно, как ребенок. Его тоже забрали лечиться. Многие люди не выдерживали той нагрузки. Потому что, считаю, брали все близко к сердцу, пропускали через себя. А так нельзя, иначе никакие нервы не выдержат.

    Еще имеет значение, как человек себя настраивает. Если знаешь, что дома у тебя двое детей, которым нужен психически здоровый отец, - будешь держаться. Это очень "подстегивает". Я, конечно, переживал за все, что происходило, но через себя старался не пропускать. Раздумывал, приблизительно, так: там то-то случилось, там кто-то погиб, мог и я погибнуть, каждому написано свое. Это было своеобразным успокоением, потому что горевать на войне нельзя.

     СИДЕЛИ ТАМ, КАК КОТЯТА

     - Когда вы попали в Донецкий аэропорт и как долго там находились?

     - Командировка туда была одним из наших выездов. Прибыли мы в аэропорт в начале октября 2014 года, когда он уже был разбит. Заняли свои позиции и отбивались. Лично я там провел 10 дней

     - О защите Донецкого аэропорта много сказано и написано. Но интересно было бы услышать, изменился ли ваш, бойцовский, взгляд на те события с течением времени? Что вы тогда чувствовали там, и что думаете об этом сегодня?

     - Лично я не понимал, зачем было его удерживать и зачем этот аэропорт Украине? Его взлетная полоса была разбита и непригодна для использования. Как плацдарм для наступления (по месту расположения) он тоже не годился. В конце концов, доудерживались его до того, что ребят там похоронили. Как тогда я не понимал ничего, так и сейчас не понимаю. Мы сидели там, как котята, а боевики обстреливали нас со всех сторон - из "Градов, танков, из всего, что у них было.

А мы их просто-на-просто не видели. Потому что те же танки стреляли из расстояния полтора километра. Да и сам аэропорт, его здание, по уровню земли было посажено ниже. То есть, выходило, что сепаратисты нас сверху накрывали, а мы их даже видеть не могли. В поле нашего зрения они попадали только когда подходили к гаражам и начинали обстреливать из автоматов.

     - Возможно, генералам нужно было доказать, что наша армия способна удерживать позиции и проявлять героизм. . .

     - Глупости все это. Какой героизм может сравниться с человеческой жизнью? Это, скорее всего, оправдание для себя - героизм и все такое прочее. Мне кажется, что эта война было спланирована с самого начала и обо всем было договорено. Ведь в действительности сегодня не так уже и сложно покончить с сепаратистами. Многие из них уже ушли оттуда, перебрались в Сирию, многие сбежали.

Поэтому бросить туда побольше сил и зачистить Донбасс от боевиков - это, на мой субъективный взгляд, вполне реально. Но почему-то это не делается. Потому что идет зарабатывание денег, идет контрабанда. Если не ошибаюсь, на сегодня война обходится Украине в 5-7 миллионов долларов в день. Можно представить, сколько на этом можно заработать!

      - Как один из защитников Донецкого аэропорта, считаете ли себя киборгом и вообще как относитесь к этому эпитету?

     - Сначала было приятно. Мы гордились, когда по приезду домой нас называли киборгами, чувствовали, что даже отношение к нам особенное. Но если подумать, то это - несправедливо по отношению к другим бойцам. Почему ребят, которые погибли в Луганском аэропорту, не считают киборгами?

Ведь в Донецком нас прикрывала артиллерия. А они там были брошены на произвол судьбы, без поддержки. Когда у них все закончилось, они начали хаотически отступать. А нам потом подали это как "продуманный отход". Тогда почему они не киборги, а мы киборги?

     Почему ребята, которые были в Дебальцево, Иловайске не киборги? Я, например, не считаю, что увидел или пережил больше, чем бойцы, которые сидели в блиндажах. Я поездил по всей Донецкой области и части Луганской, много чего видел, но у меня хотя бы что-то менялось. А вот у ребят, которые сидели на одном месте. . . Их просто бомбили. Поэтому кто из нас киборг, а кто нет - трудно судить.

     - Ну, это же слово стало общим определением стойкости и героизма защитников Донецкого аэропорта, вошло в историю и ничего с этим уже не поделаешь.

     - Так-то оно так, но досадно, что оно происходит от сепаратистов. И что они не ляпнут, то и распространяется. Назвали нас "укропами" - и все подхватили, даже Президент с соответствующей нашивкой ходил. . .

     - Что помогало на войне расслабиться, возобновить душевные силы и покой - юмор, сатира, музыка?

     - Меня лично очень поддерживала и стимулировала красивая музыка. Всем нам помогал юмор. Когда была возможность, читали анекдоты, смотрели кинокомедии в телефоне. До войны, кстати, я их никогда не смотрел, а там - ничего, кроме них. Хотя в действительности, считаю, настроение и боевой дух зависят от командира.

Если он хороший, толковий, то и атмосфера в подразделе нормальная. Когда ты чувствуешь опору в лице командира, то и в бой идти как-то спокойнее. Когда же этого нет (знаю от ребят из других родов войск), то и настроение не то.

     - Животные тоже, как известно, на войне являются своеобразными "лекарствами".

    - Да-да, у нас и коты, и собаки были. Мы их из Песок, из других мест привозили. Приблудные приходили - такие худющие! А когда подкармливались, то становились как кабаны! Щенок, который к нам приблудился, назвали Пуля. Пошили ему тельняшку, и он в ней все время бегал. Еще одна собачка ездила с нами на выезды. Отношение к животным на войне не такое, как на "гражданке".

     ОНИ Все равно ЗА РОССИЮ

     - Вы много ездили по востоку, общались с людьми. . . Как считаете, хотят ли продолжения войны сепаратисты и их вожаки? Или, может, им тоже уже хочется все прекратить и просто властвовать в своих "республиках"?

     - Кто материально заинтересован, получает деньги от войны, те хотят ее продолжения. Потому что в настоящий момент основная часть воюющих - это наемники, русская армия. Если же взять, скажем, 2014 год, то тогда действительно воевало много местных. Сейчас же их совсем мало, большая часть поняла, что они обмануты.

Ведь когда они только взяли в руки оружие, то не думали, что разгорится полномасштабная война. Они хотели присоединиться в Россию, как Крым, без единого выстрела. Но вышло иначе: начались боевые действия и пути назад у тех, кто взял оружие, уже не было.

    - Рядовые сепаратисты уже бы и рады сложить оружие?

     - Да, но у них нет такой возможности. Потому что уже не они владеют и руководят ситуацией, они просто "убойное мясо", которое отправляют на передовую. Если раньше там были чисто местные формирования, то в настоящий момент их обязательно возглавляют россияне. Вот в шахте "Бутивка" мы взяли в плен 8 человек. Трое из них были россиянами: два "зека"-беглеца и командир с позывным "Хонда" из Новосибирска.

     - Как вы считаете, нужно ли обустраивать границу с так называемыми "ДНР" и "ЛНР"?

     - Я бы отгородился. Потому что процентов 80 жителей Донецкой и Луганской областей ходили на референдум и голосовали за "ДНР" и "ЛНР". Из этих 80% больше половины, я уверен, в душах остались верными этим псевдореспубликам и обвиняют во всем Украину. И потому даже когда Донецкая область и Луганщина опять воссоединятся с нами, эти люди будут жить с большой обидой на наше государство и будут всегда ставить палки в колеса.

    Так же и наши люди, кого истрепала эта война, не с лучшими чувствами будут относиться к Донецкой и Луганской областям и выходцам оттуда. Вот какое у меня, например, должно быть отношение к мужчинам-беженцам? Почему ребята, которым по 19-20 лет, идут и воюют, а мужики убегают оттуда и приезжают к нам бизнес строить?

Сначала они на референдум сходили, создали конфликт, а затем просто сбежали оттуда. Почему этого не случилось в Харькове, Днепропетровске, Запорожье? Потому что люди не поддержали. А там люди поддержали, вот и имеем то, что имеем. Мне их, честно говоря, не жаль. Сочувствую только детям.

     - Нужно ли, по вашему мнению, перекрывать границы с Россией, Крымом, прекращать любую торговлю?

    - Я считаю, что это обязательно нужно сделать. Оккупированные территории нужно душить экономически: прекратить торговлю, отключить их от электроэнергии, газа, продукты туда не завозить. Пока люди не поймут, пока сами не поднимутся, мы их не вернем. Взяла Россия на себя этот груз (Крым, в частности), пусть и тянет, поставляет туда все. Люди должны почувствовать, что такое Украина и чем она была для них.

    Почему мы должны кормить Донбасс, подавать туда энергоносители? Чтобы у сепаратистов горел свет и они могли заряжать свои рации?

     - Но там и ни в чем не повинные люди живут. . .

    - Я думаю, что их очень малый процент, и большинство нашли возможность выехать. А в тех же Славянске или Краматорске люди в глаза улыбаются, а в душе в действительности поддерживают "ДНР" - оккупированную и разбомбленную. Там процентов восемьдесят - за Россию и русское направление развития.

     - Как относятся простые солдаты к Минским мирным соглашениям?

     - В настоящий момент, как видим, на востоке стало спокойнее. Я звоню по телефону ребятам, которые мониторят там ситуацию, они это подтверждают. Но война все равно продолжается. Ну, стали меньше стрелять, но все равно стреляют.

    Минскими договоренностями противник пользуется, когда ему это выгодно. Я вот могу рассказать из личного опыта, из того же аэропорта. Когда наша артиллерия попадала в блиндажи этих "товарищей" или еще в какие-то важные для них точки, боевики сразу выходили на Антитеррористический центр, который находится в Краматорске, и говорили:

"Все, перемирие, мы не стреляем". Нашим сразу поступала команда: "Стоп! Перемирие!". Длилось оно полтора-два часа. За это время враг собирался с силами, наводил на нас вооружение и возобновлял обстрелы. И опять все шло по кругу: попадание - террористы заявляют о перемирии - мы прекращаем огонь. И такая ситуация там постоянно.

     ЧАСТЬ МЕНЯ ОСТАЛАСЬ ТАМ

     - Психологи говорят, что людям, которые прошли через горнило войны, живется непросто. Как лично вы вошли в мирную жизнь? Как спится, что снится?

     - Я не уверен, что уже полностью вошел в мирную жизнь. Мне теперь постоянно чего-то не хватает. Возможно, адреналина. . . Иногда возникает чувство неполноценности. . .

     - Остроты ощущений "вкуса жизни" не хватает, по-видимому. . .

     - Ко многим вещам, которые когда-то были для меня ценными (не могу конкретизировать), исчез интерес. Часть меня, по-видимому, осталась там. И могу утверждать на 100%, что все ребята, которые воевали, приехали домой другими людьми. Возможно, более мудрыми. . . У них изменились жизненные ценности, мировоззрение, они пересмотрели свою жизнь и на ситуации, которые когда-то считали проблемными, теперь уже смотрят совсем иначе.

     Иногда мне снится война и я опять воюю. А так, в жизни на людей не бросаюсь, внешне такой, как и был.     

     - В чем находите отдушину, где расслабляетесь? На природе?

     - Моя отдушина - это мой спортзал. Уже свыше 10 лет я занимаюсь боксом. Там такой всплеск эмоций! Для баланса бокс мне как раз и нужен. Он и до войны был отдушиной. Потому что работу я имел напряженную, находился в постоянном движении, крутился, как мог. Но после работы брал сумку и, не заходя домой, шел в спортзал на стадион имени Гагарина.

    - У вас есть спортивный разряд или кандидата?

     - Разряда нет. Но в 2005 году выиграл чемпионат области. Потом еще где-то выступал, сильно получил и после того решил больше не участвовать в соревнованиях - голова дороже. Поэтому в настоящий момент занимаюсь боксом исключительно для себя.

     - Чему научила вас война?

    - Жизнь любить по-новому научила. Раньше я об этом как-то не задумывался, а там стал понимать, что жизнь нужно любить во всех ее проявлениях. Потому что она, как вспышка - сегодня есть, а завтра ее может не быть.

P. S. В середине октября на отечественные экраны должна выйти документальная лента "Рейд", посвященная беспрецедентному марш-броску украинских десантников в тыл врага на востоке Украины. Состоялся он летом 2014 года и был признан экспертами самым длинным рейдом вооруженного формирования в новейшей военной истории мира.

В тот рискованный поход командование 95-й бригады отобрало 400 лучших бойцов. За время рейда они прорвали линию обороны сепаратистов, осуществили марш вплоть до Мариуполя, вернулись вдоль границы, уничтожили несколько русских артиллерийских батальонов и казачьих блокпостов. В целом прошли около 500 км.

Наталия Потапчук. Оригинал статьи обнародован на сайте ИА «Укринформ» 14 октября 2015 года

закрыть

Добавить комментарий:

Реклама на сайте SVOBODA.FM
Фотоновости

  Собака унюхал даже игрушечную гранату

SVOBODA.FM

Загрузка...
Загрузка...
RedTram
Загрузка...